26 июл. 2011 г.

Учитель Лецзы стал учиться

Учитель Лецзы стал учиться.

Прошло три года, и [я] изгнал из сердца думы об истинном и лож­ном, а устам запретил говорить о полезном и вредном. Лишь тогда удостоился [я] взгляда Старого Шана.

Прошло пять лет, и в сердце родились новые думы об истинном и ложном, устами по-новому заго­ворил о полезном и вредном. Лишь тогда [я] удостоился улыбки Старого Шана.
Прошло семь лет, и, давая волю своему сердцу, [уже] не думал ни об истинном, ни о ложном, давая волю своим ус­там, не говорил ни о полезном, ни о вредном. Лишь тогда учитель позвал меня и усадил рядом с собой на циновке.


Прошло девять лет, и как бы ни принуждал [я] свое сердце думать, как бы ни принуждал свои уста говорить, уже не ведал, что для меня истин­но, а что ложно, что полезно, а что вредно; не ведал, что для других истинно, а что ложно, что полезно, а что вредно. Перестал [отличать] внутреннее от внешнего. И тогда все [чувства] как бы слились в одно: зрение уподобилось слуху, слух — обонянию, обо­няние-вкусу. Мысль сгустилась, а тело освободилось. кости и мус­кулы сплавились воедино. [Я] перестал ощущать, на что опирается тело, на что ступает нога, о чем думает сердце, что таится в ре­чах. Только и всего. Тогда-то в законах природы [для меня] не осталось ничего скрытого.

Комментариев нет:

Отправить комментарий